FORUM Пятница, 10.07.2020, 23:22
Главная страница | Регистрация | Вход Приветствую Вас Незванный Гость хуже татарина | RSS
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 1 из 1
  • 1
Модератор форума: Lindros, котофей  
Forum » Sport » Sport » Великие советские тренеры: Гавриил Качалин
Великие советские тренеры: Гавриил Качалин
LindrosДата: Среда, 10.06.2009, 13:26 | Сообщение # 1
Scarfsworld member
Группа: Администраторы
Сообщений: 2494
Репутация: 10
Статус: Offline
Великие советские тренеры: Гавриил Качалин

Автор: Григорий Аграновский aka agra

Дата и место рождения: 17 января 1911 года, Москва.
Дата и место смерти: 23 мая 1995 года, Москва.
Позиция: центральный и крайний полузащитник, тренер.
Спортивные звания: заслуженный мастер спорта (звание присвоено в 1950 году), заслуженный тренер СССР (звание присвоено в 1956 году).
Рост: 171 см
Вес: 72 кг
Воспитанник клубной команды «Вольный труд» при станции Сортировочная Казанской железной дороги, за которую играл в 1928 — 1932 годах.
Команды: в 1933 — 1935 (по июнь)годах выступал во время военной службы за «Динамо» Гомель и сборную Гомеля. В 1935 (с июля) — 1936 годах играл последовательно за третью, вторую и первую клубные команды московского «Динамо». С 1936 по 1940 гг в московском «Динамо».
Достижения: чемпион страны 1937 и 1940 годов. Обладатель Кубка СССР 1937 года. Участник матчей со сборной Басконии в 1937 году.

Игровая характеристика
Ловкий, резкий, хорошо координированный, владел незаурядной техникой приема и обработки мяча, всегда грамотно действовал тактически. Умело действовал позиционно, часто за счет резкости и правильного выбора позиции перехватывал передачи соперников, плотно и цепко действовал при персональной опеке соперников.

Тренерская деятельность
В 1940 году окончил школу тренеров при Центральном государственном институте физической культуры. В 1940 — 1941 годах был играющим тренером юношеских клубных команд «Динамо» Москва, в 1942 — 1944 годах — играющим тренером юношеских клубных команд «Трудовых резервов» Москва, а в 1945 — 1948 годах — играющим тренером московской команды мастеров «Трудовые резервы». В 1949 (с июня) — 1952 (по август) годах работал старшим тренером «Локомотива» Москва, в 1963 (с сентября) и в 1975 (с августа) году — «Пахтакора» Ташкент, в 1964 (с апреля) — 1965 и в 1971 — 1972 годах — «Динамо» Тбилиси, в 1973 — 1974 годах — «Динамо» Москва. В 1953 — 1954 (по июль), в 1959, в 1962 (с июля) — 1963 (по август) годах был государственным тренером отдела футбола Всесоюзного комитета по делам физкультуры и спорта. В 1954 году (с августа) сначала был тренером, а затем в 1955 — 1958, 1960 (с апреля) — 1962 (по июнь) и в 1968 (с сентября) — 1970 (по июнь) старшим тренером первой сборной СССР. В 1965 году работал старшим тренером молодежной сборной страны, в 1966 — 1968 (по май) годах — олимпийской сборной СССР. В 1975 (по июль) и в 1976 — 1995 годах работал тренером и заведующим учебной частью СДЮШОР по футболу «Динамо» Москва. В 1963 (с мая) году был председателем тренерского совета Федерации футбола СССР. Был членом технического комитета ФИФА в 60 — 70-е годы. В 1984 — 1990 годах был президентом детско-юношеского клуба «Кожаный мяч».

Тренерская деятельность Гавриила Дмитриевича Качалина, одного из лучших специалистов в истории нашего футбола, под руководством которого сборная СССР добивалась наивысших своих результатов, началась с конфуза. Возглавленный им в 1949 году московский «Локомотив», спустя два года вылетел из класса «А». Однако, самое интересное и загадочное в его тренерской биографии началось как раз после этого. Проработав два года в Спорткомитете, он вдруг назначается старшим тренером сборной СССР. Известный советский журналист А. Галинский, хорошо знавший Гавриила Дмитриевича лично, много раз бравший у него интервью, так рассказывал об этой истории:

«История о том, как тренером сборной ССР стал в 1955 году Качалин, сдается мне поучительной и для наших дней. Но прежде должен сказать, что загадку его тогдашнего назначения я пытался разгадать на протяжении тридцати с лишним лет. И только в 1989 году истина приоткрылась. Ибо кем был Качалин, когда ему предложили возглавить сборную? Одним из рядовых сотрудников отдела футбола Всесоюзного комитета физкультуры и спорта, куда он был принят на работу в 1952 году — после того как тренируемый им ни шатко ни валко с 1949-го по 1951 год московский „Локомотив“ покинул высшую лигу. И вот, по прошествии трех лет незаметной аппаратной инспекторской работы, неожиданное вознесение на главный тренерский пост страны, причем со сложнейшей задачей: создать сборную Советского Союза заново, поскольку за три года до того, в результате проигрыша югославам на Хельсинкской олимпиаде, команда была распущена. Тайну этого изумившего всех назначения Качалина я просил объяснить мне (и не единожды) долголетнего начальника отдела футбола Всекомфизкульта, а затем главу союзной федерации Гранаткина, но он всякий раз от разговора на эту тему уходил. Ничего не мог объяснить и Качалин, сказавший мне: „Сам до сих пор не понимаю!“. Наконец, в 1989 году я подступился все с тем же вопросом к бывшему председателю Всекомфизкульта Романову. Когда-то он относился ко мне довольно тепло: я не раз писал для него статьи в „Правду“ ко Дню физкультурника. „Николай Николаевич, — спросил я, — почему выбор пал на Качалина, ведь в расцвете сил находилась тогда целая плеяда куда более известных и опытных тренеров?“. На что Романов сказал: „Известных-то известных, но все они, до единого, возглавляли клубные команды! Так что дали бы сборную кому-нибудь из них — он сразу начал бы тащить туда своих игроков. И немудрено: в случае успеха сборной страны — его клуб первый на коне! А если провалится — вернется как ни в чем не бывало в тот же клуб, преданность которому, так сказать, в сборной доказал“. „Качалин же, — продолжал Романов, — был от клубов совершенно независим и хотел ориентироваться к тому же на „Спартак“, а последний был в 1955 году очень хорош. Часто инспектировавший эту команду Качалин знал ее слабые места, которые предлагал укрепить объективно сильными игроками из других клубов“ Предкомфизкульта Романову нужен был, таким образом, во главе сборной не столько известный тренер, сколько непредубежденный и беспристрастный. Поговорив с Романовым, я позвонил Качалину. „Вот как! Интересно, — сказал он. — А я-то думал, что это взял риск на себя Гранаткин“. Качалин, как ведомо, возлагавшиеся на него надежды оправдал полностью.»

Отличный футболист в недалеком прошлом, он уже имел пятилетний опыт педагогической работы, когда получил приглашение возглавить главную команду страны. Это приглашение очень удивило его. Но не испугало, он охотно шел навстречу ответственной работе. Начал он ее серией консультаций с Борисом Андреевичем Аркадьевым. Качалин совершенно справедливо считал, что деятельность творческого руководителя главной команды страны должна отличать преемственность. Тогда же в специальной записке на имя руководства Спорткомитета Гавриил Дмитриевич писал: «Сборная СССР, по моему твердому убеждению, не может и не должна созываться периодически, для решения каких-то отдельных, частных задач. Она должна существовать постоянно как единый организм, со своей историей, традициями, а главное — со своей школой, со своими творческими принципами, со своей на годы рассчитанной стратегией». Условия развития нашего футбола в ту пору по-прежнему диктовали необходимость при комплектовании сборной делать опору на базовую команду, на клуб-лидер. На этот раз им был московский «Спартак», как бы вновь вернувший себе былую силу и славу. В то же время старший тренер внимательно следил за другими клубами, стремясь вовремя выявить каждого талантливого игрока. Именно Гавриил Дмитриевич первым доверил пост номер один в главной команде страны Льву Яшину, сравнительно недавно начавшему выступать за основной состав московского «Динамо».

Впереди сборную вновь ожидали олимпийские испытания. Но если у Аркадьева в свое время на подготовку к ним оставались считанные месяцы, то в распоряжении Качалина было два года, и, помня уроки своего предшественника, он решил, что будет всячески стремиться сохранить в неприкосновенности основное ядро коллектива, добиваясь максимальной сыгранности и взаимопонимания в сборной. Забегая вперед, скажем, что эту линию ему удалось выдержать полностью. Так, в 22 официальных и товарищеских матчах, которые провела сборная в течение 1954 — 1956 годов, вратарь Лев Яшин сыграл за нее 17 раз, защитник Анатолий Башашкин — 19, полузащитник Игорь Нетто — 21, нападающий Борис Татушин — 20. Это перечисление, подтверждающее наш основной вывод, можно было бы продолжить. Вместе с тем руководитель сборной постоянно искал таланты. Так, рядом с замечательным полузащитником Игорем Нетто Качалин последовательно пробовал его одноклубников Алексея Парамонова, Анатолия Масленкина, армейца Йожефа Беца, но, в конце концов, прочно остановился на Юрии Войнове из «Зенита» (Ленинград). О том, насколько удачным был этот выбор, можно судить по оценке журнала «Франс-футбол», который в 1960 году, подводя итоги только что закончившемуся тогда первому розыгрышу Кубка Европы по футболу, писал, что «пара советских хавов Войнов — Нетто сегодня, бесспорно, сильнейшая на нашем континенте». Зорким глазом Качалин увидел и привлек в сборную восемнадцатилетнего центрфорварда Эдуарда Стрельцова и его одноклубника из московского «Торпедо» Валентина Иванова и талантливых других игроков.

Став во главе сборной, Гавриил Дмитриевич сразу установил самый тесный контакт с тренерами всех клубов высшей лиги, где числились его подопечные, и в первую очередь со старшим тренером московского «Спартака» Василием Николаевичем Соколовым. Впервые в нашей методической практике Качалин давал для игроков сборной индивидуальные планы-задания, определяя характер и структуру работы с ними. При этом он ставил во главу угла три решающих момента: максимальную физическую готовность всех без исключения футболистов, безупречную индивидуальную технику и зрелое тактическое мышление. Первым оселком, на котором была проверена сила вновь созданной сборной, стала национальная команда Швеции. Матч состоялся 8 сентября 1954 года в Москве. Гавриил Дмитриевич поставил перед командой следующую задачу:
- Выложиться максимально. Отдать борьбе все силы. Каждому быть все время в движении, классической схемы «дубль-ве» не придерживаться, действовать строго по обстановке. Качалин видел, что подбор игроков в сборной замечательный, что спортсмены в отличной форме, и верил в победу. Но даже он не мог предположить того, что произойдет. Наши футболисты переиграли авторитетного соперника по всем статьям. Шведам был учинен форменный разгром. Семь «сухих» мячей влетели в их ворота — такого фиаско скандинавские спортсмены не знали с 1913 года, когда они проиграли 0:10 команде Дании. 26 сентября советские футболисты принимали у себя национальную сборную Венгрии, которая носила звание олимпийского чемпиона и каких-нибудь три месяца назад получила серебряные медали на очередном чемпионате мира в Швейцарии. Соперник был очень серьезный. — Я специально планировал календарь наших международных встреч так, чтобы сыграть с ведущими командами. Нужно было дать ребятам почувствовать уровень «высшего класса», испробовать свои силы в поединках с лучшими из лучших, — объяснял Качалин. Матч СССР — Венгрия (проходил в Москве, на Центральном стадионе «Динамо») приковал к себе внимание специалистов. Он прошел в упорной борьбе и закончился вничью — 1:1, причем после гола, который провел в их ворота Сергей Сальников, гостям пришлось отыгрываться. Но дело было не только в счете. По общему мнению иностранных обозревателей, прибывших посмотреть игру, советская команда не только ни в чем не уступала в этом матче своим грозным соперникам, но и кое в чем превосходила их, особенно в скорости развития атаки, в степени общей физической выносливости и морально-волевой закалки.

Много тогда писала спортивная пресса континента о сборной СССР. Но говорят, что лучшая похвала — это похвала соперника. Так вот руководитель венгерской команды Г. Шебеш заявил тогда: «Советская команда показала в высшей степени современный футбол. Она представляет собой великолепный ансамбль, в котором идеально отлажены все узлы и звенья». Через несколько дней, выступая по Всесоюзному радио, Гавриил Дмитриевич заявил:
- Все похвалы в наш адрес мы воспринимаем не более как аванс. Предстоит работа, очень большая работа.

Предолимпийский сезон Качалин решил использовать для встреч и на самом высоком уровне. 26 июня наша команда встретилась в Стокгольме в матч-реванше со сборной Швеции. И на этот раз шведам не удалось избежать разгрома — 0:6. Три мяча провел в ворота шведов дебютант сборной Эдуард Стрельцов. Европейская пресса единодушно отмечала, что советская сборная показала игру, совершенно непохожую на классическое «дубль-ве», подчеркивала свежесть ее тактического рисунка. В отчетах указывалось, что защита шведов была полностью деморализована тем, что никак не могла определить главное направление атаки: оно проходило то через правый край, где действовал «реактивный» Татушин, то через среднюю линию, где на этот раз «работал» торпедовский тандем В. Иванов — Э. Стрельцов, то вдруг перемещалось на левое крыло — к А. Ильину. В этом постоянном перемещении центра тяжести атаки, в последовательной концентрации сил на различных направлениях и заключалось существо тактического плана Г. Качалина на эту игру. Как видим, он полностью удался.

Заметим, что во всей своей практической работе со сборной Гавриил Дмитриевич всегда уделял исключительное внимание этому самому тактическому плану на каждый конкретный матч. Он создавал его на основе тщательного изучения очередного соперника, индивидуальных возможностей игроков противостоящей команды и задач, которые приходится решать в данном состязании. Качалин никогда, ни при каких обстоятельствах не навязывал своего плана в приказном порядке. Он всегда объявлял ребятам сначала проект плана, обосновывал его и говорил: — Прошу всех тщательно взвесить обстоятельства и высказать мне свои соображения. И только выслушав все замечания, сделав соответствующие уточнения, выкладывал окончательный вариант. Точнее, это были варианты, ибо Качалин в своих планах всегда предусматривал различные запасные ходы на тот случай, если игра (в силу противодействия соперника или по каким-либо другим причинам) пойдет не по предполагаемому руслу, а иначе. Вот для этих «иначе» у него тоже были свои наметки, он всегда высказывал их ребятам, и это избавляло команду от каких-либо особенных неожиданностей, а, следовательно, от состояния растерянности на поле. Приведу весьма характерный пример. 21 августа 1954 года в Москве на стадионе «Динамо» сборная СССР принимала чемпионов мира — команду Федеративной Республики Германии. На встрече настоял Качалин, и это было, несомненно, с его стороны проявлением высокого спортивного мужества. Объясняя ее, он произнес тогда слова, которые стоит запомнить: — На мой взгляд, в дни подготовки к ответственным состязаниям, чем грознее соперник, тем лучше. Не надо бояться проигрышей. Иначе никогда не выиграешь у сильного и никогда не испытаешь свои истинные возможности.

Так вот, основной план игры с чемпионом мира предусматривал в первом тайме игру сдерживающую (предполагалось, что гости будут стремиться сразу же добиться успеха), а затем переход в решительное контрнаступление. «Однако, — указывал Качалин, — если натиск чемпионов мира не ошеломит, — надо сразу же самим захватить инициативу, вести непрерывные атаки, максимально используя скоростные качества фланговых нападающих». В своем плане Качалин специально оговорил, что по ходу матча может возникнуть ситуация, когда соперник поведет в счете. — Это не должно вас обескураживать, товарищи, — говорил старший тренер своей команде. — За счет взвинчивания темпа, последовательного наращивания усилий мы сможем склонить чашу весов в свою пользу.

Как мы знаем, план Качалина полностью себя оправдал. Гости попытались развить атаки через центр, где впереди у них действовал выдающийся мастер футбола Фриц Вальтер, но наша оборона, возглавляемая Анатолием Башашкиным, сравнительно легко отбила первый натиск. Пятнадцатиминутный штурм гостей окончился безрезультатно. А наши форварды стали все чаще и чаще угрожать чужим воротам. И тут выяснилось, что испытанные во многих спортивных сражениях немецкие защитники не могут удержать быстрых крайних нападающих советской сборной, особенно рвавшегося вперед со спринтерской скоростью Татушина. Один из его проходов завершается точнейшей передачей удачно открывшемуся Николаю Паршину, и счет 1:0. Но вскоре гости усилиями разыгравшегося Фрица Вальтера сравнивают счет. В перерыве Качалин сказал команде: — После отдыха соперники будут стремиться развить успех. Может быть, им это даже удастся. Но это не должно вас вывести из равновесия. Я верю: вы сильнее, вы можете сегодня победить. Но для этого нужно все время усиливать натиск. Очень конкретными и ценными были указания по тактике. Тренер говорил: — Главное оружие соперника — четкие длинные передачи, при помощи которых они быстро проходят центр поля и создают давление в нашей зоне. Надо путем организации единоборства в каждой точке поля нарушить эту игровую связь. Второе — соперник в какой-то мере приноровился к манере Татушина, все чаще разгадывает его ходы. Надо изменить направление атак, перенести центр тяжести на левый край — к Анатолию Ильину… Все эти и другие указания были выполнены командой безукоризненно и помогли ей одержать сенсационную победу над чемпионами мира со счетом 3:2!

Мне удалось найти очень интересный документ — запись «приватной» беседы Г. Качалина с уже упоминавшимся журналистом А. Галинским в 1984 году.
А.Г.: Гавриил Дмитриевич, я хотел бы спросить Вас по поводу этих двух великих матчей (со сборной ФРГ — Г.А): Симонян тогда в августе заболел, и Вы вместо него ввели в состав Паршина?
Г.К.: Да.
А.Г.: Скажите, пожалуйста, почему Паршина? Ведь уже в это время у Вас была на примете связка Иванов — Стрельцов, да и Стрельцов уже был заметен. Потом, в 1956 году в Ганновере вы их поставили.
Г.К.: Но Ганновер был у нас после матча с Швецией, и Стрельцов показал себя с самой наилучшей стороны. Но я не хотел все-таки разбивать ансамбль, который был сыгран достаточно хорошо. А Стрельцов мог здесь и не пригодиться. Да к тому же у него не было никакого международного опыта. Надо было его еще где-то испробовать, чтобы потом ставить на такие игры.
А.Г.: Но с Паршиным был тоже какой-то известный риск.
Г.К.: Некоторый риск, несомненно был. Паршин отличался своей агрессивностью.
А.Г.: Человек-гол!
Г.К.: Да, в этом ему не откажешь. Он был не такой техничный, не такой, может быть, умный в тактическом плане, но на острие атаки он играл так, как, может быть, играл в свое время Мюллер. Конечно, у того класс очень большой. Но в целом у Паршина целеустремленность на ворота была очень высокая. У нас тогда ведь и фланги были хорошие. И Татушин, и Ильин, которые могли очень хорошо обслужить и центрального нападающего, и полусредних. Поэтому я и остановился на нем. Кроме того, у него взаимопонимание с товарищами было значительно выше, очень большое было взаимопонимание. Ну, а потом Стрельцов, конечно, проявил себя, и как только он начал проявлять себя в полной мере, конечно, вопросов у меня больше не возникало. Я никогда не был против Стрельцова, потому что Стрельцов — это талант, который, возможно, и рождается только раз в пятьдесят лет.
А.Г.: Если не в сто!
Г.К.: Может быть. Такие, как Яшин, Стрельцов, Пеле, Эйсебио… Ну, может, Эйсебио еще не так, а вот Круифф, Беккенбауэр — это, конечно, звезды.
А.Г.: Скажите, пожалуйста, Стрельцов у Вас очень удачно играл в Мельбурне, а ведь в финальном матче он почему-то не участвовал.
Г.К.: Это произошло по его просьбе. Там во второй игре не участвовал, например, и Яшин. Тоже по своей просьбе. Я всегда верил футболистам, не сомневался в том, что они мне говорят правду. И действительно, меня не обманывали. Если кто-нибудь нашкодил, тоже говорили правду. Да, мол, было такое, извините, мы все сделаем, чтобы это никогда не повторялось. Вот так было и со Стрельцовым. Он просто сказал: «Ну я устал, Гавриил Дмитриевич». В самом деле, против него играли на этих Олимпийских играх, как ни против кого другого. Рубили, били его, толкали, он все время пробивался с колоссальным напряжением, иногда таскал за собой игроков противника. Устал просто парнишка. Ему тогда, в 56-м году, было всего девятнадцать лет. Поэтому я поставил Симоняна, так как Симонян в эту пятерку, конечно, вписывался спокойно.

В действиях старшего тренера — и это тоже следует выделить — ребят подкупала его интеллигентность, которую он никогда не выпячивал, но которая чувствовалась всегда и во всем.

Большой творческий труд Качалина принес свои плоды. Уверенно пройдя сквозь барьер отборочных матчей, его команда отправилась в далекий Мельбурн. Ход финального турнира XVI летних Игр я описывать не буду: в нашей спортивной литературе это уже было сделано не раз. Олимпийское «золото», добытое там, до сих пор остается одним из самых крупных и почетных трофеев советского и российского футбола. В сражениях за него сборная СССР проявила себя командой высокого класса и несгибаемой воли. На ее счету были победы над сильной, молодой объединенной командой Германии (под ее флагом выступали футболисты ФРГ) — 2:0, национальной сборной Индонезии — 0:0, 4:0, Болгарии — 2:1 в добавочное время и Югославии-1:0. Мировая пресса очень высоко оценила этот успех. Виднейшие обозреватели в Америке и Европе отмечали выдающиеся достижения советского футбола, который столь достойно представила главная команда страны.

Прошло несколько месяцев, и сборная СССР впервые за всю историю стала участником самого представительного и важного соревнования — чемпионата мира по футболу. Не мудрствуя лукаво, Гавриил Дмитриевич не стал менять ни форм, ни методов работы с командой. Сезон 1957 года, принесший с собой немало волнений, в конце концов, окончился радостью: заняв в своей подгруппе (где вместе с ней выступали еще сборные Польши и Финляндии) 1-е место, сборная СССР вошла в число шестнадцати финалистов, получила, как говорится, путевку в Швецию. На основании двух последних сезонов все виднейшие специалисты относили советскую дружину к числу бесспорных лидеров. Один из самых высоких авторитетов мировой спортивной журналистики Габриель Ано писал в ту пору: «… Поразительных успехов за последнее время добились русские. Они показывают в высшей степени современный футбол, опирающийся на невиданную еще нами физическую кондицию, которая в обороне обеспечивает максимальную стойкость, а в атаке — максимальную стремительность. Русская команда представляет собой сегодня великолепно сыгранный ансамбль…»

И перед самым началом чемпионата сборная — по причинам отнюдь не футбольным и уже хорошо известным, так что нет необходимости о них говорить снова, теряет трех ключевых игроков: Стрельцова, Огонькова и Татушина. В срочном порядке производил Качалин в команде необходимые перестроения, стремясь на ходу укрепить ее физически и духовно. Ввел в оборону таких закаленных в морально-волевом плане игроков, как Константин Крижевский, Борис Кузнецов, Виктор Царев (все «Динамо», Москва), привлек еще несколько игроков в линию нападения. Жребий, разделивший участников финальной части чемпионата мира на четыре подгруппы, был для нас далеко не самым счастливым: мы оказались в одной компании со сборными Бразилии (ставшей, как известно, чемпионом мира), Англии и Австрии. Первый матч состоялся 8 июня против сборной Англии на центральном стадионе Гётеборга, Сборная СССР вела после перерыва 2:0, но, в конце концов, матч закончился вничью — 2:2. Затем последовал выигрыш у Австрии — 2:0. Против Бразилии, показавшей тогда свою знаменитую тактическую новинку (4+2+4), Качалин впервые в практике советского футбола также применил схему с четырьмя защитниками (Кесарев — Крижевский — Кузнецов и Царев), но ребята, не успевшие ее осмыслить и освоить, действовали фактически по старинке, более скованно, чем обычно. В итоге проигрыш — 0:2. Пришлось играть с англичанами дополнительный матч. Сборная СССР победила со счетом 1:0. Но на большее ее не хватило. Футболисты основного состава, несмотря на отличную физическую подготовку, просто не смогли выдержать напряжение трех ответственейших матчей в течение пяти дней и проиграли в одной четвертой финала свежей, хорошо отдохнувшей, выступавшей на своем поле сборной Швеции — 0:2. Тем не менее, дебют сборной СССР на главном турнире планеты был признан вполне успешным. Так, в своем специальном обозрении журнал «Франс-футбол» писал: «Советы продолжают успешно развивать свое футбольное наступление. Сборная СССР своим выступлением на зеленых полях Швеции показала, что ее класс растет из года в год и что она по праву претендует на ведущую роль на континенте».

А.Г.: Я это все говорю к тому, что я Вас понимал. Стремясь продвинуть систему с четырьмя защитниками в наши ряды, Вы старались как можно скорее проскочить наше постоянное отставание. Между прочим, не только наше. Ведь все новое пробивается с трудом. Но у Вас хоть были собственные впечатления, собственный горький опыт игры, причем я позволю сейчас сказать, что лично мне кажется (это дурацкая мысль, но Вы уж, пожалуйста ее выслушайте), что у каждой страны, так же как у Венгрии, есть своя футбольная неизбывная боль, которая, может быть, не проходит веками и никогда не пройдет, пока существует нация. Мне кажется, что у нашей страны (во всяком случае, я в себе эту боль ощущаю всегда, когда думаю о футболе) эта боль — тот поступок Огонькова, Татушина и Срельцова, потому что мне почему-то кажется, что, если бы Вы поехали со своей командой в Швецию, имея Стрельцова и Огонькова, меньше — Татушина (я могу даже объяснить, почему именно Огонькова, как раз на эту тему я с ним, между прочим, разговаривал незадолго до его смерти), неизвестно еще, кто на этом чемпионате, несмотря на систему 4-2-4, был бы чемпионом! Ведь в матче 30-го года Германия играла без «дубль-ве», и состав у нее был не сильнее английского, но она была очень хорошо организована (ею руководил тогда Нерц). Так что, если бы у нас был Стрельцов и Огоньков вместо Бориса Кузнецова, который замандражировал от Гарринчи и так далее, я совсем не исключаю возможности Вашей победы над бразильцами, а следовательно и их подавления. В общем, если бы не эта потеря, мне лично кажется, у нас была бы великая команда.
Г.К.: Я Вам прямо скажу, с этими ребятами мы пробились бы в финал, но бразильцам мы бы все равно проиграли.
А.Г.: Почему?
Г.К.: Они были сильнее нас во всех отношениях, и не только системой — их мастерство в целом было выше, чем наше. У них была очень ровная команда, абсолютно во всех линиях Я скажу, например, что после того, как Жильмар вышел из строя, у них такого вратаря больше не было. У них никогда не было такого игрока, как Гарринча, не было, нет и, может быть, не будет, такого игрока, как Пеле.
А.Г.: Конечно.
Г.К.: Поэтому мы проиграли 2:0, но никто из нас не расстроился, потому что мы видели, что их таланты, несомненно, выше наших. А вот то, что мы сыграли пять игр за девять дней и второй раз переигрывали с Англией, это нас измотало полностью, а резерва, который можно было бы использовать, у меня в то время не было.
А.Г.: Я согласен с тем, что Вы говорите, тем более, что Вы это видели, а я нет, но Вы представьте себе гипотетически: Стрельцов ведь был неудержим.
Г.К.: Неудержим.
А.Г.: А Огоньков в позиции против Гарринчи (Огоньков все-таки был тактик!), конечно, тоже бы ему проигрывал, но дал бы время другим.
Г.К.: Согласен.
А.Г.: И потом у Вас ведь тоже был великий вратарь, великий нападающий, прекрасная команда, связка великого нападающего с Ивановым. Ну что ж, я понимаю, что Вы были вынуждены ставить больного Нетто, так как Вы выкручивались из положения. А команду хотели привезти великую.
Г.К.: Хорошая была команда.
А.Г.: То есть должна была быть.
Г.К.: Должна была быть. Хотя она, конечно, уже проявляла себя. За два года почти мы потерпели только одно поражение — от Франции, а так-то мы шли довольно хорошо.

Прошло еще два сезона, и в 1960 году команда Гавриила Качалина выиграла впервые учрежденный Кубок Европы (теперь это состязание возведено в ранг чемпионата). А еще через два года вновь дошла до четвертьфинала очередного чемпионата мира в Чили. Эти пока что самые большие успехи пришли благодаря труду, настойчивости, таланту Гавриила Дмитриевича Качалина — режиссера наших главных футбольных побед.

Один из выдающихся людей в нашем футболе, Николай Старостин, так писал о Г.Д.Качалине в своей книге «Звезды большого футбола»:
По складу характера Г. Д. Качалин — романтик. С ним приятно толковать о футболе. Он любит и умеет так мечтать, что невольно заставляет мечтать и своего собеседника. По натуре он демократ, но принципиальный. Так он тренерствует, так и играл центрального полузащитника в московском «Динамо». В душе он, вероятно, по-прежнему патриот своего клуба, но прогрессивное ему нравится и у других. Не раз слышал его хвалебные отзывы о команде ЦСКА сороковых годов, о спартаковском ансамбле следующего десятилетия. «По-своему, но отменно сильны сейчас киевляне!» — вырвалось у Гавриила Дмитриевича замечание при обсуждении прогнозов на 1968 год. Сильное в его тренерском даровании — тяга к новому. Зная, что «вера без дела мертва есть», Гавриил Дмитриевич смело вводит молодых в свои составы. Часто ему удаются вещие предвидения. В 1956 году именно он открыл такого выдающегося крайнего защитника, как Михаил Огоньков. Из дубля московского «Спартака» — прямо в первую сборную! Таких примеров тьма. Они подтверждают наличие тонкого футбольного вкуса в риске. Эти качества всегда притягивают к тренеру души игроков. И вместе с тем Г. Д. Качалин — человек практичный. Ему не откажешь в умении сформировать команду из тех, кто хорош не вообще, а именно на день матча. Он может здраво сопоставить все качества и недостатки игроков. Угадать, чей общий уровень в предстоящей игре даст высший балл. Отсюда подчас и замена «звезд»… Неожиданная для широкого зрителя, но подготовленная в команде заранее, настолько деликатная и предупредительная, что ас хотя и расстраивается, но не обижается.

С игроками говорит по душам. При удачном ответе раскатисто смеется. В принципах он тверд, но в мелочах может пойти на уступки. Это важные козыри в работе Г. Д. Качалина. Так же независимо Гавриил Дмитриевич держится и с начальством. Молчит, слушает до конца, а потом вдруг спокойно и вежливо не согласится. Обнадеживать не любит, перестраховываться на случай неудачи не будет. Работать с ним приятно и тем, кто стоит сверху, и тем, кто находится под его началом. Приходилось, конечно, и ему отчислять игроков из сборной за провинности. Но делал он это без лишнего шума, без всяких громов и молний, без желания отомстить. Ни угроз, ни крика.

Всякую саморекламу Г. Д. Качалин не переносит. Предпочитает держаться в тени. Журналистам на глаза не лезет. От ответов по существу не увиливает, но и «турусы на колесах» не разводит. Псевдонаучной терминологией не щеголяет. Просто и понятно расскажет то, что большинство тренеров трактует высокопарно и завуалировано. Он, пожалуй, единственный из всех наставников стоит выше ведомственных антагонизмов, клубных интересов и личных счетов. Его охотно превращают в третейского судью. Избирают в арбитры по футбольным конфликтам и дрязгам. В кругах тренерского сословия по-настоящему уважают. Принимают его наставления. Верный тон и правильная линия делают встречи с Г.Д. Качалиным всегда и для всех приятными.

Было время, завистники поговаривали, что тренерское искусство Г. Д. Качалина пригодно только для сборной страны. Он, дескать, может объединить готовое, но вырастить собственных игроков и удержать в руках руль в долгих турнирах не в состоянии. Сезон 1964 года это опроверг. Тбилисское «Динамо» под руководством Г. Д. Качалина выиграло золотые медали. Он уверенно довел этот не всегда уравновешенный ансамбль до победы. Умело укрепил психологию игроков. Поставил на ноги и вывел в люди немало молодых грузинских футболистов. Правда, на следующий год Качалин сдал бразды правления. Так в свое время он поступил и в сборной. Кстати, это единственный из тренеров, по собственному почину слагавший свои полномочия. Причина — желание передохнуть от трепки нервов. Налицо не только логика, но и особая сила воли. Г. Д. Качалин всегда задолго предупреждает об уходе. Команды он оставляет, как правило, на гребне успеха, при безупречной слаженности ансамбля. Связи между линиями и игроками — «идея фикс» и главная забота этого тренера. Допускаю, что он менее самобытен, чем Б. А. Аркадьев, не так темпераментен, как К. И. Бесков, менее хитер, чем М. И. Якушин, или не до такой степени загадочен, как В. А. Маслов. Но зато он стабильней и дальновидней любого из них. Особенно на своем месте Г. Д. Качалин в роли старшего тренера сборной команды страны. Редкое умение этого человека сохранять нужные отношения с ведомствами и клубами — залог прошлых и будущих побед нашей сборной. По значимости международных побед он среди советских тренеров «персона грата». Вне всякого ранга.

Использованы материалы:
Л. П. Прибыловский. «Тренеры большого футбола». Издательство «Физкультура и спорт», 1980 г.
Николай Старостин. «Звезды большого футбола».
А.Галинский. Статья «Разговор с Гавриилом Качалиным.» Сайт: agalinsky.narod.ru


Атец!
 
Forum » Sport » Sport » Великие советские тренеры: Гавриил Качалин
  • Страница 1 из 1
  • 1
Поиск:

by Carter Site Сайт создан в системе uCoz